Рефераты

Взаимосвязь между субъектом и объектом познания

Взаимосвязь между субъектом и объектом познания

ВВЕДЕНИЕ

Человечество всегда стремилось к приобретению новых знаний. Процесс овладения тайнами бытия есть выражение высших устремлений творческой активности разума, составляющего великую гордость человечества. За тысячелетия своего развития оно прошло длительный и тернистый путь познания от примитивного и ограниченного ко всё более глубокому и всестороннему проникновению в сущность бытия. На этом пути было открыто бесчисленное число фактов, свойств и законов природы, общественной жизни и самого человека, одна другую сменяли картины мира. Развивающееся знание шло рука об руку с развитием производства, с расцветом искусств, художественного творчества. Наш разум постигает законы мира не ради простой любознательности. а ради практического преобразования и природы и человека с целью максимального гармонического жизнеустройства человека в мире. Знание человечества образует сложнейшую систему, которая выступает в виде социальной памяти, богатства её передаются от поколения к поколению.

Познание - это процесс избирательно-активного действия, отрицания и преемственности исторически сменяющихся, прогрессирующих форм приращения информации.

В данном реферате нас интересуют понятия «субъект» и «объект» познания, их взаимодействие в процессе познания.

1 ВЗАИМОСВЯЗЬ МЕЖДУ СБЪЕКТОМ И ОБЪЕКТОМ ПОЗНАНИЯ

Знание выступает как продукт взаимодействия субъекта и объекта познания. Именно с помощью этих категорий раскрывается активный характер познавательной деятельности и показывается подлинная роль практики в познании.

Что такое субъект познания? В самом общем виде субъектом познания выступает человек, наделенный сознанием и обладающий знаниями. Хотя это определение субъекта познания в общих чертах, верно, оно не раскрывает гносеологической сущности понятия субъекта. Дело в том, что, например, применительно к созерцательному материализму человека можно называть субъектом познания, но в действительности в рамках этой концепции он им не является. В созерцательном материализме человек выступает скорее только как объект воздействия на него внешнего мира, а деятельная сторона субъекта остается в тени. Преодоление ограниченности созерцательного материализма, обогащение материалистической теории познания деятельностным подходом позволило выработать и новое понимание субъекта познавательной деятельности. Субъект -- это источник целенаправленной активности, носитель предметно-практической деятельности, оценки и познания.

Субъектом является, прежде всего, индивид. Именно он наделен ощущениями, восприятиями, эмоциями, способностью оперировать образами, самыми общими абстракциями; он действует в процессе практики как реальная материальная сила, изменяющая материальные системы. Но субъект -- не только индивид; это -- и коллектив, и социальная группа, класс, общество в целом. В субъект на уровне общества входят различные экспериментальные установки, приборы, компьютеры, и т.п., но они выступают здесь лишь как части, элементы системы «субъект», а не сами по себе. На уровне индивида или сообщества ученых те же самые приборы оказываются лишь средствами, условиями деятельности субъектов. Общество считается универсальным субъектом в том смысле, что в нем объединены субъекты всех других уровней, люди всех поколений, что вне общества нет и не может быть никакого познания и. практики. В то же время общество как субъект реализует свои познавательные возможности лишь через познавательную деятельность индивидуальных субъектов.

Объект же -- это то, что противостоит субъекту, на что направлена предметно-практическая, оценочная и познавательная деятельность субъекта.

В этом плане кантовская «вещь в себе» не есть объект. Существуют многие материальные системы, не ставшие еще объектами. Иначе говоря, «объект» и «объективная реальность» -- не совпадающие понятия. Электрон вплоть до конца XIX столетия не был объектом, хотя бесспорно был частью объективной реальности.

В понятиях «субъект» и «объект» имеется момент относительности: если что-то в одном отношении выступает как объект, то в другом отношении может быть субъектом, и наоборот. Компьютер, являясь частью субъекта как общества, оказывается объектом при его изучении индивидом. Студент А есть субъект познания и в то же время для студента В он может быть объектом познания. Л. Фейербах отмечал: для себя «Я» -- субъект, а для других -- объект; словом, «Я» является и субъектом и объектом.

Объектом могут выступать не только материальные, но и духовные явления. Сознание индивида -- объект для психолога.

Каждый человек способен делать объектом познания самого себя: свое поведение, чувства, ощущения, мысли. В этих случаях понятие субъекта как индивидуума сужается до субъекта как актуального мышления, до «чистого «Я» (из него исключается телесность человека, его чувства и т. п.); но и в этих случаях субъект выступает как источник целенаправленной активности.

Здесь мы сталкиваемся с новым явлением - самосознанием. Самосознание- это и познание себя, и известное отношение к себе: к своим качествам и состояниям, возможностям, физическим и духовным силам, т.е. самооценка[1].

Имеются разные формы и уровни самосознания. «Явные формы самосознания, когда те или иные феномены сознания становятся предметом специальной аналитической деятельности субъекта, носят название рефлексии... Человек рефлективно анализирует себя в свете того или иного идеала личности, выражающего его тип отношения к другим людям. Когда человек анализирует себя, пытается дать отчет в своих особенностях, размышляет над своим отношением к жизни, стремится заглянуть в тайники собственного сознания, он тем самым хочет как бы «обосновать» себя, лучше укоренить систему собственных жизненных ориентиров, от чего-то в себе навсегда отказаться, в чем-то еще более укрепиться. В процессе и результате рефлексии происходит изменение и развитие индивидуального сознания»[2].

Таково в основных чертах содержание понятий «субъект» и «объект». Это понятия различные, но в то же время связанные друг с другом в плане «взаимопереходов». Грани между ними не абсолютны.

В современной науке грани между объектом и субъектом порой вообще трудноуловимы; кажется, что субъект и объект сливаются воедино в познании. Пример тому -- ситуация в квантовой механике, сложившаяся в связи с особой ролью прибора в познании микрообъектов. В классической физике постулировался абсолютный характер, независимость физических объектов от субъекта и от условий познания, от приборов. Теперь же субъект и условия познания «вторглись» в сам объект. Результаты экспериментирования с явлениями атомного масштаба нельзя истолковывать как дающие информацию о свойствах квантовых объектов «самих по себе». О них надо говорить как о таких, которые включают описание и квантовых объектов, и измерительных устройств, взаимодействующих с квантовыми объектами. Несмотря на все это, физика стремится дать описание самих объектов. Отмечая данный момент, специалисты в то же время указывают на возможность установить на теоретическом уровне знания пределы, когда мы можем представлять свойства самих этих объектов. «В квантовой физике не снимается различие между субъектом и объектом, а лишь устанавливается влияние места разделения явления (системы) на объект и субъект, на ре-зультаты описания физических явлений» [3].

Приведенный пример показывает, помимо прочего, важную роль условий познания. Они имеют место, как в естественных, так и в общественных и гуманитарных науках. Условия познания опосредуют отношения субъекта и объекта; такое опосредование (в том числе социальными условиями) может ориентировать либо на большую степень адекватности познания, либо, наоборот, на искажение сущности изучаемого объекта.

Изложенная трактовка понятий субъекта и объекта противостоит метафизическим и идеалистическим их трактовкам.

Поскольку деятельная сторона познавательного процесса в основном развивалась идеализмом, важно не только провести грань, отделяющую диалектико-материалистическое понимание субъекта от его понимания в созерцательном материализме, но и показать несостоятельность идеалистических трактовок субъекта познания. Объективный идеализм, допуская существование мышления вне человека, с необходимостью приходил к выводу и о существовании внечеловеческого субъекта, в качестве которого выступал мировой дух, и все творческое, активное начало приписывалось этой сущности. В философии Канта субъект начинает пониматься не как некая материальная или идеальная вещь, а как чистая деятельность, самодеятельность. Наиболее полное развитие эта идея получила в философии Фихте. В этой концепции субъект сводится к человеческому сознанию, которое само является некой исходной субстанцией, творящей и внешний мир или объект. У Фихте чистое «Я» как всеобщее человеческое сознание в процессе действия полагает и самого себя, и свою противоположность -- «не-Я». Естественно, возникает вопрос о природе чистого «Я». В рамках ответа на основной вопрос философии оно оказывается первичным. Аналогичная субъективно-идеалистическая трактовка характерна и для экзистенциализма. Источником мыслей и действий человека, а следовательно, и активности субъекта они объявляют экзистенцию как своего рода подлинную исходную реальность, не подлежащую рациональному постижению. От немецкой классической философии современный материализм наследует понимание субъекта как активного, деятельностного начала в познавательном процессе. Самой же природе этой активности дается материалистическое обоснование.

Сознание не является исходной, первичной реальностью. Оно -- продукт эволюции и усложнения материальных систем. Сама эволюция форм отражения идет в направлении развития активности отражения, и на уровне возникновения сознания эта активность до-стигает своего максимального выражения и развития, поскольку само человеческое сознание возникает непосредственно в ходе практически-преобразовательной деятельности человека. Человек становится субъектом деятельности в той мере, в какой у него формируется сознание, и наоборот, он становится сознающим себя и внешний мир существом в той мере, в какой он проявляет активность как субъект деятельности. Можно сказать, что в самом общем виде активность субъекта является особым проявлением внутренней активности материи с ее тенденцией к саморазвитию и усложнению, с ее способностью порождать сложноорганизованные системы с цепями самодетерминации, позволяющим выделять эти системы по отношению к окружающим условиям. Именно относительность самодетерминированности таких систем и порождает их активность по отношению к окружающим условиям.

Поскольку при любой интерпретации субъектом познавательной деятельности выступает человек, понимание субъекта теснейшим образом связано с трактовкой природы человеческой сущности. Антропологический материализм понимал человека прежде всего как природное существо, сводя его сущность к биологической природе человека. При таком понимании и активность человека как субъекта познания и практической деятельности сводится к чисто биологической активности.

«Но человек -- не абстрактное, где-то вне мира ютящееся существо. Человек -- это мир человека, государство, общество» . Вне общества нет человека. Исходя из этого, некоторые философы делают вывод, что «исторически подлинным субъектом выступает человек, но не как отдельно взятый индивидуум, а как общество» . Получается, что гносеологическим субъектом является не отдельный человеческий индивид, а человеческое общество на определенном этапе его развития. Однако возникает естественный вопрос: каким образом безликое, деперсонифицированное общество может непосредственно выступать субъектом в познавательном процессе? Ведь нет ни одного научного открытия или произведения культуры, которое не имело бы определенного автора. В нашей философии ответ на этот вопрос обычно дается с позиции диалектики общего и отдельного. Так что «взаимоотношения между обществом и индивидуумом такие же, как между общим и отдельным вообще...»[4] Применительно к субъекту познания это выглядит так: общество как субъект существует лишь в деятельности отдельных людей, вступающих в определенные общественные отношения и обладающих известными орудиями и средствами производства; отдельные индивидуумы только тогда люди, когда они являются обобществившимся человечеством, организованы в общество со своей экономической структурой и т. д. Однако думается, что диалектика индивидуального и общественного субъекта не укладывается в рамки диалектики категорий общего и отдельного. Индивидуальность субъекта и выражается в том, что он не просто проявление общественного, всеобщего субъекта, а в том, что он уникален и накладывает свой индивидуальный отпечаток на получаемое знание. Познание всегда акт творчества, а творчество не может быть безличным. В этом плане правильнее было бы сказать, что исходным (подлинным) субъектом познания всегда выступает отдельный конкретный индивид как носитель знания и культуры, накопленной человечеством на данном этапе его развития. Неспособность диалектически решить вопрос о соотношении индивидуального и социального в субъекте может привести к субъективизму.

2 ТЕОРИЯ ПОЗНАНИЯ БЕЗ СУБЪЕКТА К.ПОППЕРА

Начиная с Локка и кончая Расселом, субъект познания понимался в британской философии в основном как психологический субъект, а потому и знание трактовалось как то, что субъективно переживается индивидом, и это приводило к психологизации познавательного процесса, к лишению знания объективного содержания. Оригинальный взгляд на понимание роли субъекта в познании был развит современным английским философом К. Поппером. Совершенно правильно критикуя психологический взгляд на понимание субъекта, К. Поппер приходит к выводу, что человеческое познание для своего развития вообще не нуждается в субъекте. Свою теорию познания он прямо именует теорией познания без субъекта. Но сама попытка К. Поппера отрицать роль субъекта в познании интересна тем, что она приводит нас снова к необходимости постановки вопроса о взаимоотношении индивидуального и общественного субъекта.

В основе концепции теории познания без субъекта Поппера лежит так называемая «теория третьего мира».

Опираясь на философский принцип плюрализма, К. Поппер постулирует существование трех типов реальности, или трех миров: первым миром является физический мир, или мир физических состояний; второй мир есть мир состояний сознания, или психический мир; третьим миром является мир научного знания, мир «объективных содержаний мышления». Главный интерес и для К. Поппера, и для того, кто знакомится с его философскими взглядами, представляет понятие третьего мира. Обитателями этого мира, по К. Попперу, являются теоретические системы, проблемы и проблемные ситуации, критические аргументы, содержание журналов, книг и библиотек. К. Поппер не скрывает родства своей теории третьего мира с платоновской теорией форм или идей и гегелевской теорией объективного духа. Вместе с тем попперовская теория отличается от них в трактовке происхождения третьего мира и его функций в познании. У Платона и Гегеля объективный дух предшествует природе и человеческому сознанию, у К. Поппера он возникает как результат взаимодействия физического мира и мира сознания. Кроме того, у Платона и Гегеля объективный дух существует вне времени, у Поппера постулируется его рост и развитие. Представляет интерес понимание К. Поппером генезиса трех миров, и в особенности генезиса третьего мира. По вопросу о природе и происхождении первого и второго мира он занимает реалистическую позицию и считает, что физический мир существовал всегда, а мир сознания возник как естественный продукт эволюции первого мира. Третий мир возникает как результат взаимодействия первого и второго миров. Он возникает как побочный продукт человеческой деятельности, связанной с решением проблем биологического выживания в первом мире. Предпосылкой для его возникновения является возникновение языка и развитие его высших функций: дескриптивной и аргументативной. Закрепление знания в экзосоматическом (т. е. таком, который подобно инструменту развивается вне тела) языке превращает его в «субъективный дух», способный существовать независимо от физического мира и мира сознания. Таким образом, К. Поп-пер выдвинул идею независимости, или автономии, «третьего мира» .

На основе теории автономного существования третьего мира К. Поппер строит концепцию объективности знания в своих поздних работах и, опираясь на нее, пытается окончательно свести счеты с психологизмом как в методологии, так и в гносеологии. Он различает два смысла термина «познание»: «(1) познание, или мышление, в субъективном смысле, состоящее из состояний духа, или осознанности, или диспозиций к поведению и реакциям, и (2) познание, или мышление, в объективном смысле, состоящее из проблем, теорий и доказательств как таковых. Познание в этом объективном смысле в целом не зависит от чьего-то заявления о знании; оно также не зависит от чьей-либо уверенности или предрасположенности к согласию с ним. Знание в объективном, смысле есть знание без знающего: это есть знание без знающего субъекта» . Очевидно, что познание в объективном смысле принадлежит к третьему миру и его независимость от субъекта определяется автономией третьего мира по отношению ко второму миру состояний сознания. Поппер считает, что вся традиционная гносеология понимает познание именно в субъективном смысле, тогда как прогресс в эпистемологии и в методологии возможен, только если понимать познание в объективном смысле, как существующее независимо от субъекта. Более того, мы можем больше узнать и о психической деятельности, если будем изучать ее по структуре ее продукта - знанию, существующему в третьем мире. Тем самым К. Поппер как бы постулирует примат логики над психологией в решении методологических проблем науки.

Таким образом, начав с отождествления объективности знания с его интерсубъективной проверяемостью в духе позитивистской традиции, К.Поппер кончает отождествлением объективности знания с его полной независимостью от знающего субъекта. В известной мере попперовское решение вопроса об объективности знания предполагает существование дилеммы: или знание зависимо от субъекта, и тогда оно не может считаться объективным, или оно объективно, но тогда следует отказаться от субъекта в познании. Объективность и зависимость от субъекта, согласно К. Попперу, оказываются двумя несовместимыми характеристиками научного познания.

Диалектический материализм также считает позитивистскую теорию познания субъективистской, но отвергает и попперовский тезис о несовместимости признания объективности научного знания с признанием роли субъекта в познании. Сущность расхождения диалектического материализма и попперианства по этому вопросу коренится в различном понимании свойства объективности научного знания, природы и роли субъекта в познании.

Определение объективности знания как его независимости от субъекта познания представляет собой лишь негативную часть лопперовской концепции объективности. Позитивное определение объективности знания К.Поппер дает с помощью своей «теории трех миров». В рамках этой теории объективность знания трактуются как его принадлежность к третьему миру, существующему автономно и независимо от второго мира: «мира состояния сознания», к которому принадлежит субъект познания, а также от первого мира, «мира физических состояний», с которым каким-то образом связан объект познания. Поэтому в попперовской концепции объективность знания означает в равной степени как его независимость от субъекта, так и его независимость от объекта познания. Субстанциальная основа знания коренится в нем самом. Оно объективно в том же самом смысле, в каком объективен дух в системах объективного идеализма. Такой вывод с необходимостью вытекает из трактовки К. Поппером взаимоотношения между миром знания, с одной стороны, и вторым и первым мирами - с другой. Как уже было сказано, мир объективного знания, по К. Попперу, возникает как результат взаимодействия мира состояний сознания и мира физических состояний. Но функции последнего в становлении знания оказываются у К. Поппера очень сходными с функциями «вещи в себе» в теории познания И. Канта. Внешний мир в концепции К. Поппера, как и «вещь в себе» в философии И. Канта, только инициирует деятельность нашего сознания, в результате чего как побочный продукт возникает мир знания, но в содержание нашего знания внешний мир в «объективном смысле» не входит. Если бы первый мир входил в содержание знания, существующего в третьем мире, то последний следовало бы считать гносеологически зависимым от первого. Но как раз это Поппер и отрицает, отстаивая тезис об автономии существования третьего мира. Все это позволяет в философском плане охарактеризовать попперовскую концепцию объективности знания как сочетание кантианства с платонизмом и гегелевской концепцией объективного духа.

Между тем объективность научного знания - в его зависимости от внешнего мира, который в нем отражается .

Принципиальное различие в трактовке объективности знания, существующее между попперианством и материалистической диалектикой, определяет и различие в понимании природы субъекта познания и его роли в процессе познания. Диалектический материализм, усматривая объективность знания в его зависимости от объективного материального мира, не отрицает его зависимости и от субъекта познания. Сам процесс познания трактуется как процесс освоения субъектом объекта, причем субъект является активной стороной в этом процессе. Знание зависимо от субъекта по крайней мере в трех аспектах: во-первых, оно не существует иначе, как в голове человека, являющегося субъектом познания; во-вторых, знание возникает и развивается в результате активной деятельности субъекта по освоению окружающего мира и фиксируется в формах этой деятельности; в-третьих, полнота и степень соответствия знания объективной действительности зависит от уровня развития познавательных возможностей субъекта.

Разговор о природе субъекта познания и диалектике индивидуального и социального в нем подводит нас к решению вопроса о причинах исключения К. Поппером субъекта из теории познания. К. Поппер квалифицирует любую попытку обращения к субъекту познания в решении вопроса о природе научного знания как психологизм и субъективизм. Но психологизм и субъективизм в истолковании роли субъекта в познании на самом деле был характерен только для одного направления в философии, а именно для феноменализма позитивистского толка, начало которому положили Дж.Берклии и Д..Юм. Для этого философского направления, отрицающего существование объективной реальности, единственной альтернативой в истолковании природы знания является отождествление знания с миром внутренних психических состояний субъекта. Поэтому К. Поппер прав, называя всех представителей этого течения «философами веры». Но, критикуя психологизм, К. Поппер сам попадается в его сети, признавая вместе с его сторонниками единственно возможным истолкованием субъекта познания психологистское его истолкование. Понятие гносеологического субъекта остается за рамками его концепции. Об этом свидетельствует трактовка К. Поппером природы второго мира, к которому принадлежит сам субъект познания, мира субъективных состояний сознания, т. е. мира психического. Неспособность преодолеть психологистское истолкование субъекта познания и приводит К. Поппера к объективно-идеалистической трактовке объективности знания и к исключению субъекта из теории познания.

3 ПОНЯТИЕ ГНОСЕОЛОГИЧЕСКОГО СУБЪЕКТА И ЕГО ВЗАИМОСВЯЗЬ С ИНДИВИДУАЛЬНЫМ

Уже в философии немецкого классического идеализма предпринимались попытки преодолеть психологистское истолкование субъекта познания и выработать понятие гносеологического субъекта. Одним из первых такую попытку предпринимает И.Кант, введя в гносеологию понятие Трансцендентального Субъекта, наделенного способностью к трансцендентальному единству апперцепций. Это единство характеризует уже не эмпирическое сознание отдельной личности, но формальную организацию знания, априорную по своей природе. «Как подчеркивает Кант, подлинным субъектом познания является не индивидуальное, эмпирическое Я, а некоторый субъект вообще, Трансцендентальный Субъект, лежащий в основе всякого индивидуального Я, но вместе с тем выходящий за его пределы. Здесь в идеалистической форме выражена глубокая догадка о необходимости разграничения психологического и гносеологического субъектов, о том, что подлинным субъектом познания является не индивид, а некоторый субъект, связывающий воедино всех индивидуальных субъектов вообще и лежащий в основе их деятельности. Та реальность, которую Кант ухватил в неадекватной форме Трансцендентального Субъекта, в действительности является человеческим обществом. Эта догадка Канта о подлинной природе субъекта познания получает дальнейшее развитие в философии Фихте, Шеллинга и находит наиболее полное выражение в философии Гегеля. В первую очередь Гегель связывает формирование и развитие субъекта познания с практической деятельностью человека, хотя и трактует последнюю в идеалистическом духе. Догадка Канта о социальной природе субъекта познавательной деятельности получает в философии Гегеля более конкретное воплощение. «Гегель вполне ясно представляет определяющую роль выработанной обществом культуры для формирования индивидуального сознания, производность индивидуального субъекта от субъекта общественного. Общественный дух, считает Гегель, есть субстанция индивида, его «неорганическая природа», выступающая для каждого отдельного индивида во внешне данных формах культуры...» [5]

Диалектический материализм связывает познавательную деятельность субъекта с материально-практической деятельностью человека по преобразованию окружающего мира. Именно в ходе этой деятельности формируется субъект и вычленяется объект познания. Теоретическое освоение мира субъектом всегда выступает лишь стороной практической деятельности человека, лежащей в основе любого вида познавательной деятельности. Субъектом познания человек выступает не просто как индивид, наделенный определенными психическими способностями, а как общественный человек, как личность, усвоившая и вобравшая в себя достижения материальной и духовной культуры, накопленные обществом к определенному моменту своего развития.

Настаивая на социальной природе субъекта познания, диалектический материализм не обезличивает процесс познания и не исключает из него индивидуального субъекта. Между гносеологическим, общественным субъектом и субъектом индивидуальным в ходе познания существует сложная диалектическая взаимосвязь. Гносеологический субъект в отличие от Трансцендентального Субъекта Канта обладает реальным существованием только через познавательную деятельность отдельных индивидов. В свою очередь, отдельный индивид начинает выполнять функции гносеологического субъекта в познании «лишь постольку, поскольку он овладевает выработанным обществом «миром культуры», выраженным и закрепленным в предметах «искусственной среды», окружающих человека (орудия труда, звуковые и письменные знаки языка и т.д.)»[5]. Индивид выступает субъектом познания лишь в той степени, в какой он освоил способы познавательной деятельности, накопленные. гносеологическим субъектом. В то же время гносеологический субъект не тождествен сумме индивидов или совокупности способов познавательной деятельности, которыми владеют отдельные индивиды. Способы познавательной деятельности, накопленные гносеологическим субъектом, обществом, всегда богаче по своему содержанию и объему, чем способы деятельности, усвоенные отдельными индивидами.

Разработка диалектическим материализмом понятия гносеологического субъекта и рассмотрение его диалектической взаимосвязи с субъектом индивидуальным позволяют объяснить и «феномен автономии» знания по отношению к сознанию отдельного индивида, зафиксированный К. Поппером в «теории третьего мира». Надо заметить, что этот феномен уже получил отражение в истории философии в различных формах. Люди давно заметили, что идеи и теории, выдвигаемые индивидами, как бы перестают им принадлежать, подчиняться их воле и, обретают самостоятельное существование. Думается, что именно неспособность объяснить правильно это явление лежит в основе всех форм объективного идеализма. По-своему этот феномен был зафиксирован некоторыми естествоиспытателями и математиками. Так, крупнейший физик конца XIX в. Г. Герц, имея в виду уравнения электродинамики, писал: «Невозможно избавиться от ощущения, что эти математические формулы существуют независимо от нас и обладают собственным разумом, что они мудрее нас, мудрее тех, кто их открыл, и что мы извлекаем из них больше, чем первоначально в них было заложено. То же самое хочет сказать и К. Поппер, когда приводит свой пример с натуральным рядом чисел. Но он слишком просто решает проблему автономии знания, приписывая знанию статус объективного мира и исключая субъект из теории познания. Это повторение ошибки объективного идеализма. И именно неспособность К. Поппера справиться с проблемой автономии знания по отношению к сознанию отдельного индивида можно считать второй гносеологической причиной его идеалистической трактовки объективности научного знания. Правильно фиксируя сам факт автономии знания по отношению к познанию отдельного индивида, он возводит его в абсолют и на этом основании постулирует существование «третьего мира».[5]

Диалектический материализм объясняет «феномен автономии», опираясь на диалектику индивидуального и гносеологического субъекта. Действительно, знание, добытое отдельным индивидом и зафиксированное в языке и других формах материальной и духовной деятельности, как бы перестает ему принадлежать. Но это не означает, что оно приобретает статус объективного духа и перестает зависеть от субъекта познания вообще. Просто из достояния индивидуального субъекта оно превращается в достояние общественного, гносеологического субъекта. Оно начинает существовать в «общественной голове», в сознании гносеологического субъекта. Отчуждение знания от индивида начинается уже в момент фиксации его в экзосоматических средствах. Отдельный индивид может знать язык и уметь пользоваться логическими формами, но ни язык, ни логика не являются его внутренним достоянием, не относятся к сфере его внутренней психической жизни. Они принадлежат обществу, гносеологическому субъекту и сами подчиняются определенным внутренним закономерностям, которые в конечном счете являются отражением объективных закономерностей бытия и познания. Именно поэтому знание, зафиксированное индивидом в определенных языковых и логических формах, оказывается противостоящим его сознанию, как нечто внешнее по отношению к его личным убеждениям и верованиям, как нечто такое, что само по себе может выступать в качестве объекта познавательной деятельности. «Феномен автономии знания» по отношению к сознанию индивида объясняется в марксизме фактом существования гносеологического субъекта, несводимого к сумме индивидуальных сознаний.

С понятием субъекта коррелятивно понятие объекта в гносеологии. Очевидно, если субъект является активной стороной в познавательном процессе, то объект выступает относительно пассивной стороной, тем, на что направлена деятельность субъекта. Деятельностный подход накладывает печать и на трактовку объекта познания. В созерцательном материализме объект познания рассматривался как внешний субъекту, никак не включенный в человеческую деятельность. Он выступал как объект пассивного созерцания, а не деятельности. Активная, направленная на освоение внешнего мира деятельность субъекта является необходимым условием и предпосылкой, благодаря которой тот или иной фрагмент объективной реальности выступает объектом познания, данным субъекту в формах его собственной деятельности. Если по конечному результату познание является отображением действительности, то по процессу познание является скорее активным воспроизведением внешнего мира субъектом, воспроизведением, направленным на отражение характерных черт объективной реальности. В этом отношении знание человека есть не просто результат воздействия внешнего мира на его сознание, а результат, итог активной познавательной и практически-преобразовательной деятельности самого человека.

Понятие объекта коррелятивно зависимо от понятия субъекта, а не просто противопоставлено ему. Зависимость объекта от субъекта не следует понимать в том смысле, что объект создается или просто полагается субъектом, как это считают некоторые представители субъективного идеализма. Предметы внешнего мира становятся объектами, когда на них направлена деятельность субъекта. В основе познавательной деятельности субъекта лежит практически преобразовательная деятельность человека, которая и превратила человека в субъекта деятельности и определила и определяет сферу объектов этой деятельности. Человека интересуют предметы внешнего мира не как таковые, а как объекты его деятельности, подлежащие использованию и преобразованию субъектом. Можно смело утверждать, что как объект созерцания мир первобытного человека был гораздо беднее по своему составу, чем мир современного человека, поскольку способность выделять многообразие объектов формировалась с освоением практической деятельности человека. «Субъект» и «объект»- парные категории, подобно причине и следствию, случайности и необходимости и т. д. Если мы выделяем нечто в качестве причины, то мы тем самым предполагаем существование следствия, и наоборот. Аналогичным образом субъект всегда предполагает объект, а объект всегда предполагает субъект. Тем самым мы с необходимостью приходим к формуле: «Без субъекта нет объекта». Под субъектом мы подразумеваем самого человека и даже человечество, которое не в меньшей мере является объективной реальностью, чем другие явления природы: животные, растения, минералы и т. п. Объект-- это не просто любой предмет природы, а предмет, включенный в сферу деятельности человека. Он сам по себе как объективная реальность существует независимо от сознания человека, он становится объектом, вступая во взаимодействие субъектом»[6]. Таким образом, под объектом в гносеологии следует понимать не просто любой фрагмент объективной (или субъективной) реальности, а только такой фрагмент, на который направляется внимание субъекта, который вовлекается в деятельность субъекта, который становится предметом теоретической или практической деятельности субъекта. Ясно, поскольку активной стороной в этой деятельности является субъект, он в каком-то смысле и «порождает объект», или, точнее, превращает предмет в объект своей деятельности. В той мере, в какой в узко гносеологическом смысле без субъекта нет объекта, или, вернее, без субъекта немыслим объект, верно и обратное: без объекта нет субъекта, ибо любая деятельность субъекта всегда предметна. В терминах субъекта и объекта познание выступает как процесс активного освоения субъектом объекта. Само возникающее знание является результатом этого процесса. В ходе практического взаимодействия меняется как объект, так и субъект деятельности; через эволюцию практической деятельности осуществляется прогресс человека и общества. .

«Субъект» и «объект» как парные категории выражают единство противоположностей. Разрешение постоянно возникающих противоречий между субъектом и объектом происходит посредством практического изменения объекта субъектом, посредством подчинения его сознательной воле человека. Но в ходе их взаимодействия меняются цели субъекта, которые определяют его волю, и противоречие воспроизводится вновь.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В ходе эволюции человеческой деятельности происходит ее дифференциация. Познавательная деятельность отделяется от практической и становится самостоятельным видом духовно-практической деятельности человека. Познавательная деятельность непосредственно направлена на отражение, воспроизведение свойств реальных предметов при помощи особой системы искусственно создаваемых субъектом предметов-посредников. Активность субъекта в процессе познания направлена на созидание и оперирование предметами-посредниками. Человек конструирует приборы, инструменты измерения, создает научные теории, модели, знаковые системы, символы, идеальные объекты и т. д. Вся эта деятельность направлена непосредственно не на изменение познаваемого объекта, а на адекватное воспроизведение его в познании. В познании деятельность субъекта переходит в идеальный план. Специфика научно-теоретического сознания состоит в том, что оно не просто фиксирует формы знания, а делает их объектом своей деятельности. «Научно-теоретическое сознание не просто выделяет некоторые общие понятия, абстракции, законы, оно воспроизводит их на своей собственной основе, формирует в соответствии со своими нормами и принципами. Если в донаучном практическом сознании производство абстракций непосредственно вплетено «в ткань реальной жизни», то в науке формирование и совершенствование абстракции превращается в целенаправленную деятельность, регулируемую особыми нормами и правилами» [7].

Познавательная деятельность субъекта направлена на отражение объекта, на воспроизведение его в сознании, последняя всегда имеет точки соприкосновения с практической деятельностью, которая и выступает основой и движущей силой познавательного процесса, а также критерием истинности полученного в результате этой деятельности знания. Взгляд на познавательный процесс сквозь призму категорий субъекта и объекта позволяет выявить и подчеркнуть ряд важных для гносеологии идей. Во-первых, это позволяет совместить принцип отражения с признанием творческого, активного характера познавательного процесса. Человек не ждет, когда внешний мир отобразится в его сознании. Он сам, опираясь на законы субъективной диалектики, генерирует познавательные структуры и в ходе практической деятельности проверяет меру их соответствия объективной действительности. Генерирование познавательных структур предполагает творчество, работу продуктивного воображения и акты свободного выбора, оценку и самовыражение. В акте познания всегда происходит раскрытие сущностных сил человека, реализация познавательных и практических целей субъекта.

Во-вторых, это позволяет понять любой вид знания как субъективный образ объективного мира, раскрыть диалектику субъективного и объективного в процессе познания. Именно тот факт, что знание является продуктом деятельности субъекта, и определяет наличие субъективного момента в знании. Субъективное и есть то, что свойственно субъекту, производно от его деятельности. В этом отношении познавательный образ, будучи продуктом деятельности субъекта, всегда включает в себя элемент субъективности и не только в форме выражения знания, но и в его мыслимом содержании. Однако поскольку деятельность субъекта направлена на объект и преследует своей целью адекватное отображение объекта, содержание знания обязательно включает в себя и объективный момент, который в силу практической обусловленности познавательного процесса является в конечном счете определяющим. «Поскольку познавательный образ представляет собою результат взаимодействия субъекта с объектом, постольку то и другое накладывает свой отпечаток. С одной стороны, познавательный образ не может быть обособлен от объекта познания, а с другой -- от познавательной деятельности субъекта. В итоге противоположность субъективного и объективного проникает в саму структуру образа» [8]. Именно поэтому на всех уровнях познавательный образ и может быть охарактеризован как субъективный образ объективного мира.

И, наконец, именно субъект-объектное отношение позволяет раскрыть механизм социальной обусловленности познавательного процесса. Поскольку именно субъект выступает активной стороной познавательного процесса, а сам он имеет социальную природу, создаваемые им познавательные структуры несут не только информацию об объекте, но и отражают состояние общественного развития, отражают потребности и цели общества. Отношение субъекта к объекту опосредуется межсубъектными отношениями. Именно в рамках этих отношений происходит объективация знания, закрепление его в материальной оболочке, превращение его в общественное достояние.

ПЕРЕЧЕНЬ ССЫЛОК

1 Спиркин А. Г. Сознание и самосознание. М., 1992

2 Спиркин А. Г. Основы философии.М., 1988

3 Дышлевый П. С. В.И. Ленин и философские проблемы релятивистской физики. Киев, 1999

4 Копнин П. В. Гносеологические и логические основы науки.М., 1994

5 Лекторский В. А. Проблемы субъекта и объекта в классической и современной буржуазной философии. М., 1995

6 Лекторский В. А. Субъект, объект, познание. М., 2000

7 Швырев В. С. Научное познание как деятельность. М., 2004

8 Кузьмин В. Ф. Объективное и субъективное. М., 1996


© 2010 Рефераты